 |     Август 2009 |
Представляя угнетенныхДарья Атлас, Дмитрий Потемкин  Sie können sich nicht vertreten, sie müssen vertreten werden. Они не могут представлять себя сами, их должны представлять другие. К. Маркс. Восемнадцатое брюмера Луи-Бонапарта 1
Работа Спивак представляет собой полемический отклик на позицию Мишеля Фуко и Жиля Делеза, выраженный в известном диалоге "Интеллектуалы и власть" 4. Согласно этой позиции, политическая борьба должна проводиться вне инстанций репрезентации (партии или профсоюзов). Для Делеза и Фуко "представительства больше нет, есть лишь действие" 5, а "массы сами прекрасно и отчетливо все знают" 6. Подробно разбирая эти и другие тезисы Делеза-Фуко, Спивак обращается к фрагменту о парцельных крестьянах из "Восемнадцатого брюмера". В своё анализе она обращает внимание на отношения в нем двух различных значений репрезентации – Darstellung (собственно представления) и Vertretung (представления в политическом смысле, т. е. представительства, "говорения от имени"). В тексте же Делеза-Фуко вся сложность этих отношений игнорируется, и два смысла репрезентации сливаются в неразличимости французского représentation. Как показывает Спивак, следствием такого упущения оказывается (несмотря на все усилия со стороны Делеза-Фуко этого избежать) заново введенная фигура суверенного субъекта, так что "угнетенные теперь могут знать и говорить за себя" 7.
Но представление угнетенных также может быть и задачей художника. Здесь важно всякий раз проводить различия между двумя значениями репрезентации, Darstellung и Vertretung, осмысляя их отношения. Кого представляет (политически, в смысле vertreten) художник, когда представляет (в смысле darstellen) угнетенных? Ставя вопрос радикально: представляет ли он угнетенных или угнетателей? Вся сложность вопроса о репрезентации угнетенных заключается в том, что он может быть поставлен только радикально; в нем невозможна никакая нейтральная позиция, поскольку невозможно исключить политическое измерение репрезентации (Vertretung). В этом же ключе может быть понята и идея Эдварда Саида об ориентализме как эссенциалистской репрезентации "Востока" и "восточного человека" в культуре европейского Запада. Саид дает базовое определение ориентализма как "Западного стиля господства, реструктурации и властвования над Востоком" 10, показывая, что "любой европеец в том, что он мог бы сказать о Востоке, был, таким образом, расистом, империалистом и практически тотально этноцентричен" 11. Здесь можно также проследить важную игру Darstellung и Vertretung, где ориенталистское представление (Darstellung) Востока всегда оказывается представительством (Vertretung) западного империализма. И в этом случае нейтральная позиция оказывается невозможной, а точнее, именно нейтральная позиция, позиция незаинтересованного знания, и оказывается конститутивной в создании отношений господства между не знающим о себе Востоком и знающим Западом.
Крайне репрезентативным примером могут служить работы Ширин Нешат, в частности, её проект 1993-1997 годов "Женщины Аллаха". Это серия черно-белых фотографий, созданных Нешат после возвращения в пост-революционный Иран (ранее революция вынудила художницу покинуть страну). На этих фотографиях изображены женщины в чадре, зачастую с оружием, чьи лица, руки и ступни покрыты текстами иранской феминистской эротической поэзии. На примере работ Нешат мы может легко проследить, как в фигуре восточной женщины, "Женщины Аллаха", взаимопереплетаются проблемы, поставленные, с одной стороны, в тексте Спивак – женщина как угнетенный,и у Саида – ориентализации Востока – с другой. В рамках проблематики репрезентации (в обоих смыслах) парадоксальный характер этих работ заключается в том, что там, где они могут быть поняты и прочитаны (то есть в Иране), их нельзя показывать (из-за крайней консервативности иранского общества в вопросах пола), тогда как там, где они могут быть показаны (на либеральном Западе), они не могут быть прочитаны, в силу чего, редуцируются до орнаментальной каллиграфии, т. е. воспринимаются декоративно, ориенталистски... Стратегия Нешат заключается в том, чтобы представить иранскую женщину в самой ее непредставимости, заговорить о ее немоте, показать ее сокрытость. Только так, по ту сторону ориентализма, можно представить (darstellen) угнетенное положение женщины, представляя (vertreten) ее. Идеи Саида и Спивак могут быть использованы и при рассмотрении российской художественной ситуации, с тем лишь дополнением, что саидовский анализ ориентализма, рассчитанный в первую очередь на арабский Восток, должен быть уточнен анализом "дискурса Восточной Европы", подробно разработанным в книге Ларри Вульфа "Изобретая Восточную Европу" 12. В ней автор прослеживает формирование образа Восточной Европы в эпоху Просвещения (куда входит и Россия) как ориентального Другого Европы Западной.
Примечательны работы Браткова из серии "В поисках горизонта", в частности, та, на которой изображено огромное поле, сильно замусоренное после "народных гуляний". Как сказал Братков в одном из интервью, "... тема гадости, трэша, наверно, главной сейчас становится, потому что кругом мусор" 13. Полна ориенталистскими штампами также одна из ранних фотографических серий этого художника "Нет рая" (1995), в которой он обращается к изображению "простых людей" из провинции (в данном случае – своих родных и близких). Особенно показательна в этом плане работа, изображающая типичного советского мужчину со стаканом водки в руке. Здесь атмосфера безвыходности переводится во внеисторический план "потерянного рая". Было бы уместно вспомнить о том, что одной из основных характеристик ориентализма, по Саиду, является лишение ориентализуемого объекта истории. То же мы видим и в работах Браткова: конкретные исторические проблемы постсоветской провинции переводятся в мифологический контекст. В работах Браткова угнетенные, представленные (darstellen) нам с позиции нейтрального наблюдателя, оказываются эстетизированы и тем самым удалены на приемлемое расстояние созерцательного неучастия. Не имея своего голоса, они не представлены (vertreten) и художником. Представляя (darstellen) угнетенных, нужно всегда осознавать невозможность находиться по ту сторону политизированности. Представлять (vertreten) можно либо угнетенных, либо угнетателей. Нейтральность же становится лишь воспроизводством их угнетенного положения. Примечания: 1 Маркс К. Восемнадцатое брюмера Луи-Бонапарта // Маркс К., Энгельс Ф. Сочинения. М., 1957. Т. 8. С 208. 2 Said E. Orientalism. London, 2003 (русское издание: Саид Э. Ориентализм: западные концепции Востока. СПб.: Рус. мiръ, 2006). 3 Spivak G. C. Can the Subaltern Speak?//Marxism and the Interpretation of Culture (ed. by Cary Nelson, Lawrence Grossberg). Chicago, 1988, p. 271-316 (русский перевод с сокращениями: Спивак Г. Ч. Могут ли угнетенные говорить?//Введение в гендерные исследования. Ч.2: Хрестоматия. 2001, с. 649-670). 4 Фуко М. Интеллектуалы и власть// Фуко М. Интеллектуалы и власть: В 3 ч. М., 2002. Ч. 1, М., 2002, с. 66-80. 5 Там же. С. 67. 6 Там же. С. 68. 7 Spivak G. C. Can the Subaltern Speak?, p. 279. 8 Ibid., p. 307. В русском тексте ввиду переводческой ошибки этот факт оказался упущен. В нем Бхуванешвари доверяют не политическое убийство, а какие-то непонятные "политические мотивы самоубийства". 9 Ibid., p. 308. 10 Said E. Orientalism, p. 3. 11 Ibid., p. 204. 12 Вульф Л. Изобретая Восточную Европу: Карта цивилизации в сознании эпохи Просвещения. М., 2003. 13 Имеется ввиду интервью, данное Братковым Екатерине Деготь и опубликованное на сайте OpenSpace.ru. Дарья Атлас, Дмитрий Потемкин Дарья Атлас Родилась в 1988 году в Москве. Студентка факультета истории искусств РГГУ. Живет в Москве. Дмитрий Потемкин Родился в 1989 году в Москве. Студент филологического факультета. Живет в Москве. |
