 |   декабрь 2005 |
"Эстетика взаимодействия": сделало в 2005Елена Яичникова 
Ребекка Бурниго. "Запретная комната". Палэ де Токио, Париж. 08.10.05-20.11.05 Робер Малаваль. "Робер Малаваль, камикадзе". Палэ де Токио, Париж. 08.10.05-08.01.06 Палэ де Токио, открывшийся в январе 2002 года, сегодня – самая популярная выставочная площадка Парижа, специализирующаяся на современном искусстве. Центр, который в 2004 году располагал бюджетом в 3,4 миллиона евро, принимает в среднем 15 000 посетителей каждый месяц, половина из которых – молодые люди в возрасте до 26 лет. Очевидно, что подобный успех – не столько следствие популярности современного искусства, сколько результат продуманной политики институции, возглавляемой кураторами Николя Буррио и Жеромом Сансом. В художественной среде Франции ее принято либо хвалить – за интенсивную и разнообразную программу, за пропаганду интереса к современному искусству, либо ругать – за предпочтение одного и того же круга художников, за слабые выставки, за "модность" и привлечение публики определенного типа, которую во Франции именуют богемной буржуазией, или bobo. Как бы то ни было, популярность Палэ де Токио заставляет задуматься о том, какая же стратегия и какое искусство вызывают интерес у 15 000 людей каждый месяц. На заре нового тысячелетия и в духе "демократических" 1990-х центр Палэ де Токио задумывался как "лаборатория" современного искусства, как место активное, мобильное, открытое всем художественным экспериментам, поощряющее междисциплинарность и мультильтурность, одновременно глобальное и локальное, и главное – как "пространство жизни", как территория общения и встреч, не элитарная и открытая для всех. Палэ открыт пять дней в неделю с 12 дня до 12 ночи, здесь работают кафе, ресторан, книжный магазин и бутик, и оборудованные по всему пространству центра зоны с креслами и столами с книгами, каталогами, доступом к интернет-сайту Палэ с возможностью поделиться своими впечатлениями в чате призваны стимулировать общение между посетителями. Привилегированное положение, которое занимает в программном манифесте Палэ де Токио общение, отсылает к понятию "эстетики взаимодействия", сформулированной Николя Буррио в 1990-е годы. Этот термин описывает и снабжает теоретической базой работы, характерные для художественной практики 1990-х годов, когда такие заметные художники десятилетия, как Риркрит Тираванийя, группа IRWIN, Ателье ван Лиесхаут, Лайам Гиллик и др., обращались к общению между зрителями или между художниками как к главной форме и содержанию своих произведений. Пространство работ становилось полем для встречи, сосуществования, взаимодействия и соучастия зрителей, которые оказывались в позиции не пассивного созерцателя, а активного участника и в конечном счете становились самим материалом работ, наделяя их возможностью существования. Произведения "эстетики взаимодействия" плели тонкие нити социальных связей и производили имматериальное – атмосферу и общение. Вполне закономерно, что практика и теория "эстетики взаимодействия", сознательно или нет, выступили ориентиром для политики центра Палэ де Токио в целом. Вполне закономерно и то, что, сознательно или нет, центр отдает предпочтение художникам, которые так или иначе работают в духе его установлений.
Для чего, собственно, Афиф попросил композиторов и авторов песен переложить свои работы в ноты и в слова, вызывая цепочку интерпретаций и реинтерпретаций и связывая воедино свои инсталляции, звук, слово и свет? Что остается зрителю, кроме как слушать и наслаждаться получившимися песнями? Находящиеся в одном пространстве и неминуемо воспринимаемые заодно, параллельные выставки в Палэ де Токио также вносят свой вклад в развлечение зрителя: предоставляют ему возможность послушать музыку и рассмотреть фосфоресцирующие картины, расположившись в шезлонгах в пространстве экспозиции французского художника Робера Малаваля, и поставляют ему немного саспенса в работе французской художницы Ребекки Бурниго, посвященной историям "Синей Бороды". Произведения искусства, которые производят общение, не задумываясь о его сути, рискуют стать очередным полем в индустрии развлечений в обществе, где имматериальное "хорошо провести время" стало самым кассовым товаром. Прекрасно, когда центр современного искусства популярен и привлекает множество народа, но отсутствие содержательной программы оборачивается тем, что люди приходят не ради самого искусства, а ради приятного времяпрепровождения и тусования, что в свою очередь ведет к облегченному пониманию искусства и культуры. ПРИМЕЧАНИЕ 1 См.: Claire Bishop. "Antagonism and Relational Aesthetics", in: "october", R 110, Fall 2004, p. 51-79. Елена Яичникова Родилась в 1979 году в Люберцах. Критик, куратор. Дипломан Высшей кураторской школы (Ecole du Magasin) в Гренобле при Национальном центре современного искусства. Живет в Москве и Гренобле. |
