Художественный журнал
изд. 2004

Что значит быть государственным художником?

Дмитрий Врубель
Первое. Наша энциклопедическая работа над "путинианой" в последние годы продиктована в том числе желанием зафиксировать в актуальном искусстве персонажей безусловно актуальных (в том числе и для искусства). Поэтому наш проект консервативен в смысле сохранения для истории, "консервирования" героев первого плана. Замечательные современные художники Глазунов, Шилов и Сафронов предлагают традиционную картинку в жанре парадной действительности, отсылающую к дофотографической эпохе, мы же, со своей стороны, рисуем по клеточкам с фотографий иллюстрации к учебнику "Рисунок и живопись головы человека".

Второе. На мой взгляд, главным критерием "официальности" искусства является существование на казенные деньги. Например, когда государство гарантирует или проплачивает деятельность ГЦСИ или РОСИЗО, или российский павильон на Венецианской биеннале, то все участники процесса становятся "деятелями и представителями официальной культуры". "Путиниана" же худо-бедно делается не на деньги налогоплательщиков, а вполне самостоятельно. Более того, я считаю, что путинская серия - достаточно радикальный проект, выполненный вполне традиционными художественными средствами, если согласиться, что одним из критериев радикальности является вероятность получения автором по тыкве из-за своих художественных поисков и открытий (как Салман Рушди, например, или Авдей Тер-Оганьян).

Вместе с тем, чтобы полноценно заниматься критикой, апологетикой или просто изучением власти, художники типа Осмоловского или Врубеля с Тимофеевой должны иметь такой же социальный вес, как Ходорковский или газета "Коммерсант", иначе наш критический пафос напоминает историю с "неуловимым Джо". А до тех пор, пока наши высокопоставленные ньюсмейкеры не ходят стадами по "Арт-Москве", а газетной рубрикой "Культура" даже не подтираются, говорить об официальности и неофициальности искусства несколько преждевременно.

Третье. На сегодняшний день нет никакого официального искусства и никакой ясной реакции власти на современное искусство. И Шилов, и Глазунов, и Церетели - это самодеятельность. Просто они потратили немало усилий, чтобы дать власти о себе знать, поэтому сегодня социальное значение, актуальность, например, Зураба Церетели во многом превосходят актуальность всего современного искусства. Проблема в том, что люди, которые определяют политику и экономику в стране, ничего не знают о Звездочетове и Кошлякове. В то же время я убеждён, что хотя бы видимый интерес этих людей к современному искусству мог бы поработать на создание позитивного имиджа России (хотя бы потому уже, что в государстве талибов, Ким Чен Ира или Саддама Хусейна легальных отношений между властью и современным искусством не может быть по определению). Так что, если бы Путин давал интервью на фоне "Черного квадрата", как на нашей картине, весь мир относился бы к России совершенно иначе. Я не думаю, что Буш или Шредер обожают современных художников, но у них есть замечательные культурные советники, поэтому за спиной Шредера будет висеть Базелиц. Мне кажется, наших политиков нужно, прежде всего, научить отделять собственные симпатии и вкусы от культурной политики.

Дмитрий Врубель
Родился в Москве в 1960 г. Художник, автор портретов российских политиков и звезд шоу-бизнеса. В последние годы совместно с Викторие Тимофеевой активно работает с образом Президента Путина.
Живет и работает в Москве.
Художественный журнал

© 2005—2007, "Художественный журнал", все права защищены. Дизайн сайта — Сергей Корниенко.
Использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Разработка и сопровождение — GiF.Ru. Редактор сетевой версии журнала — Валерий Леденёв.
Сайт работает на технологии Q-Portal