Художественный журнал
изд. 2002

Юлия Страусова, Филипп фон Гильгерс (Берлин). "Праздник электрозеркала".

Василий Ромурзин
06.01.02. Юлия Страусова, Филипп фон Гильгерс (Берлин). "Праздник электрозеркала". Музей сновидений Зигмунда Фрейда, С.-Петербург

6 января в Музее сновидений состоялась первая часть проекта "Дух Фрейда и Ошибка Автомата" – "Праздник электрозеркала" – о сложнейших взаимоотношениях человека и машины, психического и технического аппаратов.

Этот проект включал в себя пять частей: 1) "Ленту Мебиуса", состоящую из интерактивной цифровой анимации, большого живописного полотна и перформанса – интерактивной лекции; 2) постдигитальную скульптуру "Мебиус: Тьюринг – Фрейд – электрозеркало"; 3) постдигитальную скульптуру "Мебиус: милитарист Лакан"; 4) видеопроекцию "Говорит Зигмунд Фрейд"; 5) Машину Анализирующую Дискурс (МАД). Первые три части, разнесенные в пространстве музея, были связаны вместе фигурой ленты Мебиуса, вторая и третья представляли собой материализованные в скульптуре частичные объекты компьютерной анимации. Отдельные части этой медиа-инсталляции были показаны в 2001 году на 1-й Биеннале в Тиране и на Балтийской биеннале в Щецине.

Понятие "зеркала" в контексте Института психоанализа, в котором располагается МСФ, сразу отсылает нас к фигуре Жака Лакана с его "стадией зеркала" и к "нарциссизму" Зигмунда Фрейда. Юлия Страусова представила идею зеркала не столько через культурный мимесис природному, сколько через воспроизведение определенных речевых и поведенческих стереотипов. Художница как бы демонстрирует вопросы, которые сближают интересы искусства, науки и психоанализа.

Киберреальность и психическая реальность – две родственные формы реальности, которые нарциссически репрезентируют друг друга. Этот взаимоотражающийся образ культуры художница представила как ряд последовательностей: с одной стороны ленты Мебиуса она изобразила ряд портретов психоаналитиков, с другой – математиков. На примере ленты Мебиуса Лакан, как известно, объяснял неразрывность связи и даже взаимопереход противоположностей в оппозициях типа "внешнее/внутреннее", "означаемое/означающее", да и кажущаяся оппозиция психоанализа и математики также преодолевалась в его алгебраических матемах.

В ходе своего перформанса Страусова находилась между компьютерной средой с лентой Мебиуса и изображением этой ленты Мебиуса на постдигитальной картине, между дигитальным и аналоговым. Когда один из зрителей подводил курсор к портрету интересующего его персонажа на мониторной ленте Мебиуса и нажимал на "мышь", компьютерный голос начинал вещать от имени данного лица, а Юлия синхронно открывала рот, беззвучно повторяя текст вслед за машиной. Тексты математиков и психоаналитиков были записаны голосом художницы, трансформированным с помощью компьютера. Таким образом она показывала, как человек реагирует на машинные инструкции. Если вспомнить, что, по Лакану, человек – существо бессознательное именно потому, что говорящее, то в этом симбиозе человека с машиной функция бессознательной речи перепоручается машине, которая становится индустриальным бессознательным человека.

В отличие от перформансов Стеларка, который управляется машиной технологически, т. е. электрические импульсы заставляют его рефлекторно реагировать на компьютерные раздражения, Юлией Страусовой в ходе ее перформанса компьютер управляет посредством дискурса: художница связана с ним символически, через кабель. В какой-то момент перформанса она подчеркнула еще неполную свою автоматизированность, свою человеческую способность совершить "ошибку", отойти от заданной программы. Когда из зала прозвучал запрос говорить по-русски, Юлия моментально вышла из-под контроля англоговорящей машины и начала переводить с одного языка на другой.

Параллельно в созданной Страусовой медиа-инсталляции проходил перформанс Филиппа фон Гильгерса, математика и лингвиста, который представлял Машину Анализирующую Дискурс (МАД). В ходе этого действия уже не художница, а машина откликалась на речевые артефакты – высказывания математиков и психоаналитиков (Лейбница, Лакана, Мазина, Пепперштейна). МАД с помощью специального датчика подстраивалась персонально под личный ритм взгляда каждого из зрителей, перемещавшегося от одного микрофрагмента текста к другому. Благодаря этому коллажированию в результате совместного перформанса с МАД ни у кого не получилось одинаковых текстов.

Еще одной из частей проекта была видеопроекция с анимированной маской Зигмунда Фрейда, воссозданной Страусовой в трехмерном измерении по его детской фотографии. Посмертная маска 12-летнего мальчика говорила что-то языком 82-летнего старика, а затем как бы вбирала в себя свои слова. Этот голос зеркально отражался, затем маска растворялась в видеошуме и появлялась вновь, чтобы "высказаться" и забрать свои слова обратно. Таким образом, в электрозеркале Юлии Страусовой время текло вперед, возвращалось назад, смещалось, расщеплялось, отсылая к психоаналитической концепции времени.

Художественный журнал

© 2005—2007, "Художественный журнал", все права защищены. Дизайн сайта — Сергей Корниенко.
Использование материалов возможно только с разрешения редакции.
Разработка и сопровождение — GiF.Ru. Редактор сетевой версии журнала — Валерий Леденёв.
Сайт работает на технологии Q-Portal